2018-02-21T13:52:57+03:00

Шульгину с Валерией осталось поделить только детей

Известный продюсер комментирует скандальную историю своего развода
Поделиться:
Комментарии: comments7
Александр Шульгин не виделся с Анютой, Сеней  и Артемом почти год.Александр Шульгин не виделся с Анютой, Сеней и Артемом почти год.
Изменить размер текста:

В прошлом году самым главным скандалом в музыкальной тусовке стал развод певицы Валерии и Александра Шульгина. Брак Валерии и Александра, который считался идеальным, завершился некрасивыми разборками. Постоянно шли суды между супругами: о разводе, о разделе имущества, о правах на песни... На этой неделе скандал вспыхнул с новой силой. В среду в Лефортовском народном суде вновь скрестили шпаги адвокаты обеих сторон. На сей раз предметом спора стали дети. Старшая Анечка и сыновья Арсений и Артем вот уже год живут у родителей Валерии в Аткарске. Отец к общению с детьми не допускается.

За все это время сам Шульгин не дал ни одного интервью прессе. Когда после первого судебного заседания он попал в больницу, я, придя к нему, пыталась уговорить: ты должен дать комментарий. «Нет, - отвечал Шульгин. - Я мужчина. Лера все поймет, и мы опять помиримся».

Прошел год. И Шульгин сам понял, что ему нужно расставить все точки над «i». Эксклюзивное интервью Александр решил дать нашей газете.

- Я не собираюсь ничего комментировать из своей личной жизни, - огорошил меня Шульгин с первой фразы. - Знаю, многие ждут обыкновенную перепалку. Этого не будет. Я специально хотел переждать, когда страсти поулягутся, чтобы вести спокойный разговор. Мы прожили с Лерой 13 лет - и выкинуть их из жизни просто невозможно.

- Год назад ты сказал, что эта ситуация для тебя - полная неожиданность. Сейчас ты понял, что случилось?

- В принципе я и тогда воспринимал факты, но по-человечески все это принять не мог. Но все же поступлю как человек мудрый: я беру всю ответственность на себя. Это именно я что-то недосмотрел в наших отношениях.

- Что именно?

- У меня был очень сложный период в жизни. Я думаю, что очень многие люди, когда подходят к возрасту Христа, испытывают подобное. У нас это модно называть «кризисом среднего возраста». К тому же у меня этот возраст совпал с серьезным финансовым испытанием. Когда у тебя в управлении находятся крупные суммы денег, которые даже по нынешним масштабам очень немаленькие, это непросто.

- Всем бы такой кризис!

- Не скажи. Меня тогда - а это был год 93-й - 94-й - совершенно заносило. Сейчас я того Шульгина очень не люблю. Я-то первый стал все рвать с тем Шульгиным. Понятно, что изменения даются не сразу. Мне-то казалось, что все должны были видеть эти изменения, а оказалось, Лера их не обнаруживала, хотя главная заслуга в этих изменениях - ее.

- Но ведь кризис, по твоим словам, был году в 94-м, а заявление о разводе появилось восемь лет спустя. Зачем было так долго ждать?

- Представь такую ситуацию. Ты отдыхаешь на острове. Что-то тебя не устроило в партнере, и ты решила поменять компанию. Да вот беда: сегодня - среда, а самолеты летают только по субботам. Ты берешь билет на субботу и терпеливо ждешь этого дня, а пока ведешь светские разговоры. Мое ощущение, что с Лерой было то же самое. Она давно сделала свой выбор и просто ждала своего рейса...

- А ты этого не чувствовал?

- Не знаю, понимает ли Лера, что такой билет - всегда билет в одну сторону. Надеюсь, что осознает. А я, конечно, чувствовал, что происходит что-то не то. Но что именно - понять не мог. Я начинал копаться в себе: что я неправильно сделал.

- Ты не ожидал, что развод будет проходить с таким надрывом?

- Абсолютно не ожидал. Я ей очень доверял. Мне казалось, что еще чуть-чуть, и все установится, трещинка затянется. Поэтому, когда из газет узнал о разводе, я был в шоке.

- Тогда ты был уверен, что все еще можно решить миром...

- Я так думал очень долго. Если бы за месяц до этой шумихи мне рассказали о подобном развитии событий, я бы не поверил.

- За прошедший год вам удалось с Валерией спокойно поговорить об всем?

- Нет. Она со мной не общается. В суд ходят ее доверенные лица. В феврале прошлого года у меня была поездка в Аткарск, где тогда жила Лера и где до сих пор живут наши дети. Тогда она поговорила со мной минут двадцать, но диалога не произошло. До сих пор от меня пытаются скрыть ее местонахождение в Москве. Хотя я и не стремлюсь ее найти. Потому что это ее личная жизнь, зачем мне в нее вторгаться? В те моменты, когда Лера бывает в Аткарске, разговор происходит примерно так: я говорю «Алло», и Лера кладет трубку.

- А с детьми ты общаешься?

- Нет. Хотя пытаюсь им дозвониться постоянно. Только однажды, когда старшая Анютка была одна дома, а младший Сеня спал, мне удалось поговорить с детьми. Анютка так обрадовалась! Мы с ней проговорили больше двух часов. За это время я почувствовал, как она скучает, насколько мы стали ближе. Потом я пошел к детскому психологу, и он подтвердил мои ощущения: в таких ситуациях дети не только не забывают отца, а напротив, идеализируют его образ. Потому что нет бытовой отрицательной информации: «Иди помой руки», «Сделай уроки!» и т. п. И я действительно почувствовал, что моя девочка стала мне ближе. Я принципиально не касался вопросов о разводе, о маме... После этого разговора я немного успокоился, если это можно так назвать. Я понял, что мои ребятишки не изменились. Все, чего я хочу, чтобы дети имели обоих родителей. Или хотя бы возможность общаться с одним родителем в отсутствие другого.

- Ты прогнозировал, как закончится этот конфликт?

- За прошедший год вышло более 300 статей, после которых человек должен просто умереть, прошло больше 30 судебных заседаний - и это только то, что на виду. Но, знаешь, у меня есть совершенно твердое убеждение: вся эта история должна закончиться хорошо. Не знаю, как, не знаю, когда, но все будет хорошо. Больше ни о чем не спрашивай, подробностей даже я сейчас просто не знаю!

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также